Касса театра

223-88-41Ежедневно с 10.00 до 19.00 Перерыв с 14.15 до 14.30 и с 16.15 до 16.30

Бронирование билетов

223-66-84С 9.00 до 19.00, кроме субботы и воскресеньяПерерыв с 13.00 до 14.00

Администрация театра

223-85-74Работает с 10.00 и до окончания спектакляПерерыв с 13.00 до 14.00














Как пройти




Пресса: 2017 год
распечатать статью

Это зеркало не льстит

 

Одним из самых интересных и необычных спектаклей, показанных во время только что завершившихся гастролей Новосибирского театра "Глобус", стала для меня "Толстая тетрадь", поставленная главным режиссёром этого театра Алексеем Крикливым по мотивам одноимённого романа швейцарской писательницы Аготы Кристоф.

Алексей Крикливый, являющийся также автором сценографической идеи и музыкального оформления этого спектакля, продолжил в нём тему таких своих постановок, как "Наивно. Sупер" и "Simейные истории", которых мы, красноярцы, не видели, но зато нам памятны другие его замечательные спектакли, рождённые здесь, на сцене пушкинского театра: "Одновременно", "Великодушный рогоносец", "Похороните меня за плинтусом". Всем этим работам свойственны личностное начало, исповедальность, лиризм, душевная распахнутость, шокирующая искренность. Кстати, очень жаль, что мы упустили такого талантливого художника, ярко и оригинально дебютировавшего у нас, в Красноярске...

Впрочем, вернёмся к "Толстой тетради". Время и место действия не названы ни в романе, ни по ходу спектакля, но можно предположить, что эта история, похожая на универсальную притчу, произошла в одной из европейских стран, оккупированных фашистами в годы Второй мировой войны. Чтобы спасти сыновей-близнецов от голода, любящая мать (артистка Екатерина Аникина) пристраивает их к проживающей в деревне сварливой бабушке (заслуженная артистка России Тамара Кочержинская), которую все в деревне не зря называют ведьмой. Выросшие в атмосфере материнской любви и ласки, не расстававшиеся прежде друг с другом ни на минуту, как сиамские близнецы, эти братья-подростки (артисты Никита Сарычев и Иван Басюра) оказываются вдруг в атмосфере неприязни и тупой агрессии. Чтобы не пропасть в этом мире, они занимаются самовоспитанием и самообразованием, упорно и настойчиво закаляют душу и тело, разрабатывают даже новые десять заповедей, которым следуют неукоснительно и почти маниакально. На наших глазах происходит преображение некогда нежных и трогательных пай-мальчиков в жёстких и даже жестоких (если того требуют обстоятельства) зверьков.

Закалив свою волю убийством курицы, в дальнейшем братья весьма безжалостны и к людям. Даже мать свою они отвергают, и она погибает от взрыва снаряда на их глазах. Отец (артист Владимир Дербенцев) становится жертвой их хладнокровного расчёта, и через его труп один из братьев уходит за границу, а второй остаётся в доме бабушки, чтобы завершить все намеченные дела. Эта ледяная рассудочность вызывает ужас и оторопь, хотя если разобраться в логике их поступков, они не совершают ни одной ошибки. И что поразительно - даже самые жестокие сцены не подавляют, не угнетают, а словно проясняют зрение, закаляют душу, избавляя её от иллюзий. Эти дети пугают лишь потому, что театр показал их нам крупным планом.

Как бы глазами близнецов мы видим и ворчливую бабушку, и проживающего в её доме простодушного денщика (артист Руслан Вяткин), больше похожего на Швейка, чем на солдата-захватчика, и несчастную дурочку по кличке Заячья Губа (артистка Анна Михайленко), ставшую жертвой "воинов-освободителей", и сластолюбивого лукавого кюре (заслуженный артист России Лаврентий Сорокин), и служанку (заслуженная артистка России Ирина Нехаева), с которой влюблённые в неё братья тоже обошлись весьма жестоко...

Очень удачным кажется сценографическое решение спектакля - аскетичное, минималистское, с преобладанием холодного белого цвета. Сцена напоминает операционную или даже прозекторскую, где производится без наркоза (то есть без умиления и сострадания) вскрытие, препарирование человеческих душ. В этом мире все "хороши" - и отцы, и дети, и захватчики, и освободители. В каждой жертве сидит палач. Никаких иллюзий, никакой политкорректности, никакого заигрывания со зрителем, никаких уступок нашим сентиментальным ожиданиям. Может, в этом и заключается настоящий, трезвый гуманизм?

Эдуард Русаков, «Красноярский рабочий», 15.06.2011

 

Уважаемые зрители!Театр оставляет за собой право в исключительных случаях осуществлять замену артистов в спектаклях.
Глобус
Новосибирский академический молодежный  театр