|
| |
|
|
|
|
|
|
|
распечатать статью
 Нина Чусова: «Компромиссов в «Женитьбе» не будет»
18 ноября новосибирский академический театр «Глобус» представит на Большой сцене первую премьеру сезона - «Женитьбу» Гоголя в постановке известного московского режиссера Нины Чусовой. Что это будет за спектакль и почему Нина то и дело обращается к самому таинственному русскому классику, мы узнали из первых рук - то есть у нее самой. |
Полный текст:
Приездом московской знаменитости мы обязаны главному режиссеру «Глобуса» Алексею Крикливому. Именно он, будучи бывшим однокурсником Чусовой, заманил ее на сибирские подмостки (кстати, в Сибири Нина первый раз), пообещав помогать здесь во всем. И вправду, он познакомил ее с труппой, помог правильно распределить роли между актерами, вообще, поведал все устройство театра. Сама же Нина заключает в себе на редкость счастливый тандем семьи и театра. Мало того, что она работает над спектаклем в «интересном положении», вместе с ней в Новосибирск приехала вся ее семья: муж и по совместительству режиссер по пластике в «Женитьбе» Юрий Катаев и годовалая дочь.
— Нина, вы сейчас производите акт «двойного творения»: новой жизни и нового спектакля. Эти два процесса как-то влияют друг на друга?
— Думаю, что да! Я сейчас чувствую колоссальную ответственность, чувствую, что должна сделать что-то очень хорошее, для того чтобы у меня и в личном плане все было благополучно. В связи с этой установкой - что спектакль обязательно должен быть хорошим, - я не делала себе никаких поблажек. Поэтому на работе мое «положение» сказывается в том, что я еще более бескомпромиссно подхожу к себе и к работе артистов. Моя ужасная требовательность, иногда даже занудство какое-то в выполнении вещей, которые мне хочется увидеть, сейчас просто зашкаливают. Театр - это вообще такое дело, в котором нужно добиваться. И ты все время здесь находишься в состоянии боевой готовности, как на войне.
— У «Глобуса» есть замечательная актриса Ольга Цинк, которую очень любит новосибирский зритель. Она всегда заметна на сцене, но почему-то ей редко дают главные роли — вы, после Дмитрия Чернякова, вторая, кто на это пошел. Видимо, остальные режиссеры просто боятся ее, не знают, как раскрыть? .
— Да, я думаю, Оля замечательная актриса, она обладает уникальными актерскими качествами, которые я всячески поощряю. И плюс она еще такая актриса... С первого взгляда — очень странная. Ее решения — пластические, эмоциональные - действительно могут шокировать и отпугнуть иного режиссера. В Москве же за такими артистками, наоборот, гоняются, поэтому, может, мы с Митей сразу и взяли её на первые роли.
— То есть ваш выбор пал на нее сразу и без сомнений?
— Конечно! И хочу сказать, что распределение не только Оли Цинк, но и всех остальных ролей оказалось как нельзя более удачным. Каждый сейчас точно на своем месте, в своей роли. А ведь вы знаете, что распределение - 50 процентов успеха спектакля. И здесь большое спасибо Алексею Крикливому, он мне помог в этом.
— Ходят слухи, что ваша творческая цель — поставить всего Гоголя. Это правда?
— Творческой цели такой не было, но теперь я постараюсь к этому прислушаться, потому, что поставить всего Гоголя это очень здорово! За всю свою жизнь я бы с удовольствием поставила всего Гоголя!
— Что из Гоголя вами уже поставлено?
— Это «Ревизор» в «Моссовете», «Вий» в Пушкинском театре и «Шинель», она шла в РАМТе.
— А что из него еще хотелось бы поставить в ближайшее время?
— То, что мне очень нравится и периодически всплывает, - это «Портрет». Мне кажется, что на сегодняшний день эта страшная повесть как-то очень волнует меня и вполне может возникнуть какая-то сценическая ее версия...
— Откуда вообще такая любовь к Николаю Васильевичу?
— Это идет еще с института, с «Шинели»... Такое ощущение, что у меня с Гоголем совпадает мировоззрение: такое мистическое немного. Кроме того, я думаю, это очень театральный автор, потому что вот эта фантасмагория, эксцентрика и одновременно сюжетный «наворот», нагромождение характеров - это театр. Плюс яркость - Гоголь
очень яркий. Он не бытописатель. А для меня театр никогда не был бытовым местом.
— В вашем спектакле действие происходит в советские времена. Это имеет какое-то особое значение?
— Конечно, здесь был важен тот момент оттепели, когда в стране после страха, после такого жесткого режима у всех людей возникает Надежда. Для меня этот период - шестидесятые - очень важен. Это момент, когда все ожидают, что вот теперь все переменится к лучшему и наступит счастье... Но оказалось, что ничего не изменилось, и все пошло своим чередом. Мы сейчас немножко вспоминаем это, и вспоминаем с ностальгией. Мне кажется, что атмосфера оттепели была очень нужна для того, чтобы прочувствовать атмосферу «Женитьбы», когда у каждого персонажа, который там существует, есть надежда на что-то лучшее. Например, что после женитьбы все изменится и начнется совсем другая жизнь, которая из никчемной превратится в значимую... Но оказывается, что шаг к счастью сделать очень сложно - мы держимся за свои старые привычки, старые устои...
— А есть что-то конкретное, что бы вы хотели, чтобы зритель понял?
— Конечно, каждый поймет что-то свое, но позитивное начало этого спектакля в том, что в любом возрасте, в любом состоянии, в любом материальном положении каждый имеет право на счастье. Но каждый и должен решиться на это счастье. Мы часто боимся счастья, боимся этого момента: «Вот сейчас я стану счастливым, а потом что?» Так вот нужно не бояться быть счастливым. Это и есть главная мысль спектакля.
"Честное слово" от 25 октября 2006 г.
|
| |
|
|
