Касса театра

223-88-41Ежедневно с 10.00 до 19.00 Перерыв с 14.15 до 14.30 и с 16.15 до 16.30

Бронирование билетов

223-66-84С 9.00 до 19.00, кроме субботы и воскресеньяПерерыв с 13.00 до 14.00

Администрация театра

223-85-74Работает с 10.00 и до окончания спектакляПерерыв с 13.00 до 14.00






Независимая система оценки качества











Как пройти




Пресса: 2014 год
распечатать статью

"Арт-Каникулы" театра "Глобус"

 

"Толстая тетрадь". А. Кристоф

Театр "Глобус", Новосибирск

Режиссер Алексей Крикливый

Художник Евгений Лемешонок

 

3-го ноября театр «Глобус» представил спектакль «Толстая тетрадь» на малой сцене Пермского академического Театра-Театра в рамках фестиваля «Арт-Каникулы». Этот фестиваль проводился впервые, но уже охватил обширную географию. Среди участников – театры из Новосибирска, Кемерова, Мариинска, Перми и Пермского Края, Ростова-на-Дону, Вологды, Санкт-Петербурга и Москвы. В программу вошли музыкальные, драматические и кукольные спектакли, рассчитанные, в основном, на средний и старший подростковый возраст.

Роман венгерской писательницы Аготы Кристоф «Толстая тетрадь», построенный в форме дневниковых записей, рассказывает о жизни двух братьев-близнецов, Клауса и Лукаса, во время Второй мировой войны. Главный режиссер новосибирского театра «Глобус» Алексей Крикливый создал спектакль-притчу о том, как стремление человека приспособиться к сложным условиям окружающего мира оборачивается разрушением личности и потерей самого себя. Конфликт спектакля можно сформулировать как столкновение изначально нравственной природы человека и военной действительности, которая уродует сознание, раскалывает его на две части.

Действие спектакля происходит в комнате с белыми стенами. В них имеются ниши и выступы для немногочисленных вещей. В задней стене – две двери, которые используются для входов и выходов актеров. В верхней её части сделано углубление, напоминающее балкон, обращенный к зрительному залу. На самом деле, это чердак, где братья прячут свои личные вещи: словарь отца, Библию и толстую тетрадь, в которую записывают то, что с ними происходит. В левой части сцены находится колонна, в правой – прямоугольный стол со стеклянной нишей внутри. Пространство решено в духе минимализма и имеет выверенную геометрию (художник – Евгений Лемешонок).

Сценография, с одной стороны, ассоциируется с чистым листом, который Клаус (Никита Сарычев) и Лукас (Иван Басюра) заполняют картинами из жизни; с другой – с наивным незамутненным детским сознанием, которое претерпевает изменения на протяжении спектакля. Близнецы, их мать и отец предстают в этом гармоничном мире в белых одеждах. В начале это идеальная семья. Другие персонажи появляются в черных костюмах. Они словно кляксы на белом листе. После того, как мальчики оказываются в мире, где нет места лакированным башмачкам и белым рубашкам, они также постепенно превращаются в «темные пятна» (белые одежды сменяются темно-серыми костюмами).

По центру в глубине сцены расположена классная доска, которая является символом ученичества, познания, становления человека. На доске Клаус и Лукас мелом пишут названия глав толстой тетради. Они частично повторяют рубрикацию романа (режиссер сократил текст первоисточника и совместил некоторые картины). Пространство спектакля замкнутое. Внешний мир вторгается в него фотографиями, спроецированными на заднюю стену. Они иллюстрируют события, происходящие за пределами художественного мира. На них запечатлены лица людей, жизни которых оказались исковерканными войной. Среди этих снимков очутились и семейные фотографии из «прошлой» жизни близнецов.

Спектакль имеет кольцевую композицию. Он начинается и заканчивается встречей братьев с их отцом (Владимир Дербенцев), вернувшимся с войны. В первой сцене эта встреча наполнена ощущением радости. Отец здесь – герой, сумевший преодолеть все лишения и невзгоды и остаться волевым, сильным человеком. Он обращается к Клаусу и Лукасу за помощью, и они искренне готовы ему помочь. Однако после станет понятно, что это только их фантазия, которая воплотится в финале, но будет наполнена совсем другими смыслами.

Перемены в жизни Клауса и Лукаса начинаются с приезда к бабушке. Вначале мы видим маленьких несамостоятельных мальчиков, которые мучительно переживают расставание с родителями. Надо отметить, что артисты Иван Басюра и Никита Сарычев не изображают детей, они играют чистоту сознания, отсутствие опыта. Удивительно, что при всей внешней непохожести артистов, не остается сомнений, что их герои – братья-близнецы. Когда они стоят друг напротив друга, создается впечатление, что каждый смотрит в зеркало. Они повторяют движения и продолжают фразы друг друга, то есть мыслят и действуют одинаково. Кажется, что и эмоции они всегда испытывают одни и те же: вместе расстраиваются, злятся, испытывают страх, радуются, веселятся. Они дополняют и продолжают друг друга. Как один человек, воплотившийся в двух телах. Они никогда не говорят про себя по-отдельности, для них не существует «я» – только «мы». Вместе легче приспосабливаться к новой жизни, проходя все этапы взросления.

Первый урок им преподносит бабушка (Заслуженная артистка России Тамара Кочержинская). Сперва она производит впечатление жестокосердной сварливой старухи, для которой не существует любви и привязанностей. Ее связи с внешним миром разрушены. Бабушка живет одна и не хочет впускать в свою жизнь других людей. Близнецы нарушают герметичность ее мира. Клаус и Лукас сначала боятся ее, испытывают неприязнь и даже ненависть (контраст с матерью). В сочинениях они называют ее ведьмой. Другая сторона характера этой героини обнажается, когда она остается одна. Бабушка пьет водку, плачет, причитает, разговаривает с воображаемыми дочерью и мужем, которого, говорят, она сама же и отравила… Она оказывается несчастной, страдающей женщиной, которая болезненно переживает свое одиночество.

Именно она, сама того не подозревая, толкает мальчиков на то, чтобы придумать комплекс специальных упражнений и превратиться в людей, способных не чувствовать боль и не поддаваться эмоциональным порывам. «Бабушка нас часто бьет своими костлявыми руками, метлой или мокрой тряпкой. <…> От ударов больно. Мы плачем». Так появляется упражнение на закалку тела – первый, «внешний», этап преодоления человеческих слабостей. Близнецы бьют, толкают, пинают друг друга, мечутся по сцене, скручиваются на полу от боли, кричат. Это доставляет не только физические, но и душевные мучения, потому что они сознательно совершают акт насилия над самым близким человеком, буквально своим вторым «я». Следом идут упражнения на закалку духа. Герои учатся не реагировать на оскорбления, заглушать обиду в себе и не верить словам, сказанным матерью перед уходом: «Милые мои, любимые мои, я вас никогда не оставлю». Сидя за столом, по-ученически сложив руки, положив перед собой толстую тетрадь, они пишут сочинения о своей жизни. Клаус и Лукас читают свои записи сухо, без эмоций. Они отказываются от слов, которые обозначают чувства, потому что эти слова неточные и не отражают сути происходящего. Последним этапом «расчеловечивания» становится упражнение на жестокость. Дети заставляют друг друга убивать животных, преодолевая отвращение и рвотные позывы. Со временем они учатся спокойно относиться к смерти.

Эта школа жизни напоминает программу национал-политических академий, готовивших элиту Третьего рейха в годы Второй мировой войны. Постепенно беззащитные дети вырастают в жестоких людей, которые сознают свое превосходство над окружающими и готовы применять карательные меры к тем, кто живет не по их «заповедям». Это угадывается даже в их внешнем облике (зачесанные на бок волосы и жесты приветствия нацистов). Они превращаются в маленьких гитлеров, которые уничтожают или используют слабых духом людей. Преступный мир толкает их на преступления, не давая возможности остаться самими собой.

Близнецы отрекаются от матери (Екатерина Аникина), которая предала их. Она обещала всегда любить только их, но вернулась с младенцем на руках. Дети наказывают ее за ложь – мать наступает на снаряд, зарытый в саду. Они мстят служанке приходского дома (з.а. Ирина Нахаева) за то, что она дразнила хлебом проходящих по поселку евреев, которые после были массово сожжены немцами. Клаус и Лукас шантажируют священнослужителя Кюре (з.а. Лаврентий Сорокин), который нарушил заповедь «не прелюбодействуй». Признавая свою грешную природу, Кюре пытается растолковать детям Библию, но они понимают заповеди по-своему, наделяя их новыми смыслами и вообразив себя теми, кто имеет право вершить суд

Только по отношению к Заячьей Губе и бабушке близнецы совершают великодушные поступки. Заячья Губа (Анна Михайленко) – воплощение любви. В спектакле Алексея Крикливого это единственный персонаж, который выделается в черно-белом мире. Это девочка с огненно-рыжими волосами в выцветших грязных лохмотьях. Ей присуща совершенно нелогичная, почти звериная пластика. Создается ощущение, что она способна быть сразу везде, быстро бегать по поселку, награждая всех своей бесконечной любовью, которая по законам военного времени ничего не стоит. Ее внешнее уродство (перекошенное лицо, глаза, полные гноя) компенсируется внутренней наполненностью. Клаус и Лукас оказываются единственными, кто может принять ее. Заячья Губа учит их видеть больше, чем доступно глазу, различать и понимать людей. Открытость и всецелое доверие к миру, желание окружить себя любовью становятся причиной ее смерти. На столе в доме ее матери лежит старая, брошенная, никому не нужная кукла (олицетворение маленькой девочки) – это Заячья Губа, растерзанная освободителями.

После смерти бабушки и Заячьей Губы близнецы окончательно теряют связь с гуманистическими основами жизни. На этой стадии развития они готовы предать свою природу – убить отца (мотив древнегреческой трагедии Софокла «Эдип-царь»). Это происходит в последней сцене. Круг замыкается. К близнецам возвращается отец, но он не похож на человека из их фантазий. Это напуганный опустившийся мужчина, который думает только о том, как спасти свою жизнь. Но его дети не терпят слабости. Они обещают ему помочь перебраться через границу, собирают вещи (как и в первой сцене), но, оказывается, эти вещи они собрали для себя. Есть только один способ перейти границу по заминированному полю – пустить кого-нибудь вперед. Они приносят отца в жертву, чтобы самим начать новую жизнь. В финале братья принимают решение навсегда расстаться, то есть «разделить» одно целое на две части. Один из них оказывается в другой стране, второй – возвращается в дом бабушки. Братьям больше нечего терять, поэтому они готовы окончательно потерять себя.

 

Мария Кожина, «Пропись», 12.11.2014

Уважаемые зрители!Театр оставляет за собой право в исключительных случаях осуществлять замену артистов в спектаклях.
Глобус
Новосибирский академический молодежный  театр